Епископ Арсений: Свет Преображения – это то, что должно помочь нам понять, что конец – это не Голгофа, а Воскресение Христа

19 августа 2022 года, в праздник Преображения Господня, епископ Арсений совершил Божественную Литургию в храме Преображения Господня на Нередице (церковь Спаса на Нередице).

Накануне вечером владыка возглавил всенощное бдение в Преображенском храме Антониева монастыря села Леохново.

На Литургии после заамвонной молитвы был совершён крестный ход и была прочитана молитва на благословение плодов. Затем владыка Арсений обратился к собравшимся со словами проповеди:

«Преображение Господне – это не просто один из сезонных праздников, как некоторые, может быть, привыкли думать. Смысл события, которое легло в основу этого праздника, бесконечно глубже, чем всякие разговоры о том, что освящается в этот день, что можно и что нельзя есть. Это событие такого же уровня, как и события, о которых мы говорим в контексте праздников Богоявления Господня или Пасхи Христовой. Потому что снова и снова, когда мы читаем евангельский рассказ об этом событии, или, когда Церковь празднует Преображение Господне, мы приближаемся к тайне Сына Божиего и Сына Человеческого, вместе с учениками, которые были свидетелями с Ним на святой горе. Об этом повествуют три евангелиста – Матфей, Марк и Лука, и, согласно евангельской хронологии, событие Преображения Господня происходит незадолго до вольных страданий Господа.

И вот, размышляя о смысле, который присутствует в этом событии, мы невольно обращаемся к его участникам, а потом уже к самим себе.

Что значило событие Преображения для Самого Христа? Тут никто не рискнет, я думаю, предполагать, потому что это тайна Сына Божиего и Сына Человеческого, но это был, конечно, какой-то ответ на Его молитву, потому что Он вошёл на гору помолиться вместе с учениками. Почему Ему явились Моисей и Илия, и ученики узрели этих древних праведников, которые как бы пришли из другого мира, для того, чтобы быть со Христом здесь в этот момент? Евангелие нам буквально не отвечает на этот вопрос. Мы можем утверждать, что, как явление этих древних пророков Моисея и Илии, так и явление славы Божией и глас Бога Отца: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 17: 5) – это есть, прежде всего, подтверждение Богосыновства Христа. А Моисей и Илия, которые олицетворяют закон и пророки, то есть весь Ветхий Завет, предстоят Христу, зримо указуя, что весь Ветхий Завет находят своё исполнение в Новом Завете. Всё, что совершалось, всë, к чему стремились лучшие люди Ветхозаветной Церкви, все эти ожидания исполняются в явлении Христа, Сына Божиего и Сына Человеческого.

Если проследить историю каждого из них, Моисея и Илии, то мы увидим пророков, которые были особыми избранниками Божиими, жизнь свою положивших для того, чтобы послужить Богу и постараться увидеть Его. Но при жизни они не смогли Его увидеть, они видели только те знамения, через которые Господь давал почувствовать Своё присутствие – например, неопалимая купина, которую видел Моисей, или веяние тихого ветра из истории с пророком Илией. Но видеть Бога лицом к лицу для них стало возможным только сейчас, в этот момент, когда они предстоят Христу. Я думаю, что и для этих ветхозаветных праведников событие Преображения, как и вообще явление Бога в этом мире, стало ответом на все их чаяния, на все их устремления и молитвы. Господь явил им, наконец, Своё лицо, это был лик Сына Человеческого. Не устрашающие знамения, не столп огненный, не огонь, падающий с неба, а лицо Сына Человеческого, Который был Сыном Божиим. В VIII веке по Рождестве Христовом церковный писатель прп. Иоанн Дамаскин написал такие слова: «Я видел человеческий лик Бога, и спасена моя душа». И вот эти слова можно с полным правом отнести и к пророкам Моисею и Илии, которые стали свидетелями вот этого необычайного Богоявления на горе уже в Евангельской истории, и к ученикам, для которых, по преимуществу, было это откровение, и к нам с вами. Во Христе мы видим спасающее, любящее, обращённое к миру и к каждому человеку лицо Того, Кто есть сама Жизнь и сама Любовь. Того, Кто призвал весь мир и каждого из нас к жизни, а также призвал каждого из нас и к вечной жизни, явившись ради этого в мире сем как Человек.

Наконец, больше всего богослужебные тексты говорят об учениках, о том, что для них значило событие Преображения на Фаворской горе. Во-первых, говорится о том, что они увидели Славу Божию настолько, насколько они могли это вместить и увидеть – «яко же можаху». Дабы тогда, когда они увидят распятие, то они должны уразуметь, что это не трагическая случайность, а нечто большее – «да егда Тя узрят распинаема, страдание убо уразумеют вольное, мирови же проповедят, яко Ты еси воистинну Отчее сияние». Мы видим Петра, Иакова и Иоанна, будущих столпов Церкви, для которых потребовалось каким-то таким зримым образом укрепление их веры накануне тяжких испытаний, которые постигнут всех любящих Господа. Ведь после этого события Христос направляется в Иерусалим, где Его ожидает крест, смерть и погребение.

И, казалось бы, что ученики, которые сейчас в этот момент столь воодушевлены, вдохновлены явлением света Царства Божиего, должны были бы прислушаться к словам Христа, потому что даже в этом светлом и в радостном событии звучит откровение о том, что будет в скором времени в Иерусалиме. Однако же, скорее всего, эти слова не доходили до их сознания, они предпочитали закрывать свои уши и сердца для этих слов о кресте, о смерти, о страданиях. Они думали, что с таким великим человеком, каким был их Учитель, о Котором в момент явления славы на горе Фавор и Сам Бог Отец свидетельствует, как о Сыне Своём возлюбленном, ничего плохого не может случиться. И поэтому они шли радостные и воодушевлённые за Христом, разделяя между собою места в грядущем царстве Мессии. Но в то же самое время, Господь даёт им во время Преображения вот это необычайное откровение, дабы в тех испытаниях, которые им выпадут («да егда Тя узрят распинаема, страдание убо уразумеют вольное»), они бы смогли устоять. Как бы ни было трагично и горестно событие на Голгофе, которое означало для многих из них крушение всех надежд, если не крушение веры, но свет Преображения, который воссиял в этот день для учеников, должен был помочь сохранить веру, хотя бы в этих наиболее близких ко Христу учениках, которые впоследствии должны были утвердить братьев. Свет Преображения – это то, что должно было помочь ученикам как-то дожить до Воскресения с пониманием, что Голгофа и Крест – это не конец, и за этим должно последовать нечто более необычайное и более величественное. И оно последовало – это Воскресение.

И вот, для каждого из нас, как для Петра, Иакова и Иоанна, свет Преображения – это то, что светит во тьме этого мира, среди всех ужасов, страданий, несправедливости, боли и войн. И нам, так же, как и апостолам, иногда трудно, но тем не менее удаётся сохранить видение этого света, который светит во тьме, и тьма его не может объять. Он, этот свет, не объясняет всех страданий, всего зла, творящегося в мире, но этот свет самим своим фактом свидетельствует, что тьма бессильна, и конечное торжество за этим светом. Он, Христос, есть Свет истинный, просвещающий и освещающий каждого человека. Этот Свет уже явился в этом мире, ради жизни этого мира, и однажды Он прогонит всю тьму, всю боль и все страдания. Будем помнить об этом, будем идти на этот свет, будем хранить этот свет в наших сердцах, чтобы тьма не поглотила нас. «Да возсияет и нам грешным свет Твой присносущный, молитвами Богородицы, Светодавче, слава Тебе». Аминь».