166
Противоядие от сектантских заблуждений

Отпадение от Православной Церкви и попадание в секту – всегда печальная история в жизни человека. Если это произошло, то к кому и куда обратиться за помощью? Стало ли меньше сект в России или просто о них стали меньше говорить? Вопросов много, но, к счастью, на большинство из них есть ответы.

Один из постоянных авторов нашего сайта, старший преподаватель кафедры Пастырского душепопечения Сретенской духовной академии, член московской Епархиальной комиссии по церковной реабилитации лиц, отпавших от Православия, штатный миссионер Юго-Западного викариатства города Москвы Андрей Иванович Солодков рассказывает, как не попасть в секту, и что делать, если попали.

– Андрей Иванович, Комиссия по церковной реабилитации лиц, отпавших от Православия, была образована 12 марта 2018 года. Но Вы занимаетесь церковной реабилитацией и присоединением отпавших от Церкви уже 25 лет. Получается, что этот процесс шел и до создания официальной комиссии?

– Да, именно так. В 1990-е годы, когда вышел закон о свободе совести и вероисповедания и поднялся так называемый «железный занавес», в Россию хлынул поток сект. Ехали все кому не лень со всего мира. Государство оказалось не готово к такому повороту, и специалистов в этой области почти не было. Страна вышла из атеистической идеологии, где Бога вычеркнули из мировоззрения народа. Раз Бога нет, то и все, что связано с вопросами религии, – «пережиток прошлого».

Русской Православной Церкви тоже пришлось непросто, чтобы сориентироваться во всем происходящем. Но, опираясь на духовный опыт и историю Церкви, из которой известны подобные нестроения, получилось принять правильное решение. Крещеные православные впадали в различные заблуждения. Проходило какое-то время, и люди хотели вернуться обратно. Тогда, по благословению священноначалия, в начале 1990-х годов был создан Центр жертв нетрадиционных религии памяти Алексея Степановича Хомякова на Большой Ордынке, 20. Его возглавлял протоиерей Олег Стеняев. В 1995 году я помогал ему в работе по реабилитации лиц, отпавших от православия. Мы вели прием каждый вторник. В день принимали от 50 до 70 человек. В основном приходили родители, дети которых попали в секты. Тогда был сильно развит оккультизм и неопротестантизм, были адвентисты, баптисты, зарегистрированные и нет, «московская церковь Христа», муниты, мормоны, пятидесятники и разного толка харизматы, кришнаиты, «Свидетели Иеговы», сайентологи, чья деятельность запрещена в нашей стране. Это был целый поток. Нужно было изучить заблуждения этих сект, чтобы правильно выстроить беседу и привести нужные аргументы, показать всю пагубность заблуждения. Здесь очень важен принцип отношения к сектанту – любить грешника и ненавидеть грех. Любить человека, попавшего в секту, и ненавидеть заблуждение. Это основа всей реабилитации отпавшего. Только так возможно попытаться расположить человека к тому, чтобы он мог вас услышать. И с Божией помощью тогда получалось выводить людей из сект. Если говорить о статистике, то с 1995 года по 2005 год из различных сект было выведено более 1800 человек. Это и из запрещенной ныне в России секты «Аум синрикё», и из сект сатанистов, баптистов, адвентистов, иеговистов, харизматов, мунитов, теософов, последователей рерихов…

В 2010 году было принято решение создать еще один центр при храме Преображения Господня в Старом Беляеве. Ныне это временный храм преподобного Иосифа Волоцкого, где также существует и работает Миссионерский центр и приемная реабилитации отпавших от Церкви. Приемный день – каждый вторник с 14.00 до 19.00. В 2018 году Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл обратил внимание на работу этого центра и благословил создать именно Комиссию по реабилитации лиц, отпавших от Православия, при Епархиальном совете города Москвы.

– В начале 2000-х было огромное количество сект, и мне кажется, что тогда комиссия была наиболее необходима. Но ее создали через много лет. С чем связана такая задержка?

– Я думаю, что работа центра на тот момент устраивала священноначалие и выполняла поставленную перед ней задачу. Скорее всего, создание Комиссии вывело инициативу на более высокий уровень. Стало ли меньше сект? Не думаю. Может, их активность стала меньше заметна. Просто присутствие Русской Православной Церкви стало больше. Стало больше храмов, больше инициатив, чем в 1990-е, появились молодежные, миссионерские и социальные отделы, которые ведут активную работу. Представители «библейских» сект, которые искажают смысл текстов Священного Писания, толкуют их по-своему и противопоставляют себя Церкви, в 90-е говорили, что православные не работают с молодежью, у них нет активности, они не читают Библию. Отчасти в их словах была доля правды. Всегда говорил, что лучшая противосектантская деятельность – здоровая жизнь прихода. Когда на приходе есть и кружки, и воскресная школа для детей и взрослых, и изучение Священного Писания, и иконописные мастерские и так далее, то сектам сложнее паразитировать, поэтому их миссия сейчас стала менее заметна. Но самих сект точно меньше не стало по существующей статистике.

Лучшая противосектантская деятельность – здоровая жизнь прихода

– Действительно, церковная жизнь изменилась и активность увеличилась. Но можно ли согласиться, что сект не стало меньше? Есть ощущение, что нет такого информационного прессинга и большого числа сообщений о людях, которые попадают в эти сектантские организации. Это связано с тем, что они стали меньше проявлять себя в СМИ?

– Скорее всего, о них стало меньше слышно, но они активно действуют в соцсетях. Комиссия ведет мониторинг, и статистика гласит, что меньше сект не стало. Есть карта Москвы, где написано, какие секты действуют вокруг того или иного храма. Регулярно в викариатствах и благочиниях проводятся профилактические семинары для миссионеров, катехизаторов, социальных работников и прихожан. Темы семинаров носят предупреждающий, разъяснительный характер душепагубности сектантских заблуждений. Также на семинарах обучающиеся приобретают знания для противосектантской полемики.

– Мы говорим о тех, кто возвращается. А есть ли статистика относительно тех людей, которые в принципе уходят из православия и, к сожалению, остаются не в нашей семье. Сколько людей мы теряем?

– Люди уходят не из Церкви. Скорее они уходят от незнания православия, по невежеству. Есть определенная методика реабилитации, которая длится 3–4 месяца как минимум. Люди получают задание и специальный материал и готовятся к Чину присоединения. Во время подготовки они присылают письма с вопросами и получают ответы. Обычно за 3–4 месяца готовятся к Чину присоединения 25–30 человек. И вот когда реабилитация заканчивается, то более 90 процентов пишут, что если бы они знали красоту и стройность православного вероучения, то никогда не пошли бы ни в какую секту. То есть кто уходит в секты? Те, кто номинально считают себя православными, потому что были крещены, но не были воцерковлены.

Люди уходят в секты от незнания православия

– Получается, что люди уходят просто по незнанию?

– Да, это именно так. Я помню историю, как однажды один атеист пошел к атеисту Мойше. Он слышал о том, что Мойша самый знающий атеист. Долго его искал и наконец нашел. При встрече он попросил укрепить его в постулатах атеизма, чтобы противостоять всем религиям. Тогда Мойша спросил его, изучил ли он Талмуд. Атеист ответил, что нет, он пришел укрепится в догмах атеизма. Тогда Мойша спросил, читал ли он Коран. «Нет, – ответил атеист, – я с другим вопросом, мне нужна атеистская методика борьбы с религией». Тогда Мойша спросил, изучил ли он Библию и толкования. «Нет же, я атеист», – ответил тот. Тогда Мойша сказал: «Нет, ты не атеист, а просто невежда».

Человеку, желающему помочь крещеному брату или сестре, оказавшимся в секте по невежеству, важно помнить об этом. У святителя Иринея Лионского есть слова, что невозможно лечить больных людей, не зная причины их нездоровья. Сначала нужно поставить диагноз, а уже потом рекомендовать правильное лечение.

Когда я слышу о борьбе с сектантами по принципу «цель оправдывает средства» и «все методы хороши», то хочется напомнить, что люди, оказавшиеся в сектах, не прилетели к нам с Марса. Это наши люди, разбежавшиеся по сектам, и о причине этого отпадения было сказано выше. Церковь, между прочим, предписывает нам за них молиться в домашних молитвах. В утреннем правиле есть такая молитва: «Господи, отступивших от православной веры и погибельными ересями ослепленных светом Твоего познания просвети и святой Твоей Апостольской и Соборной Церкви причти». Архиерейский Собор 1994 года дал следующее определение отношения к заблудшим: «…Архиерейский Собор призывает всех верных чад Русской Православной Церкви широко проповедовать Евангелие Господа нашего Иисуса Христа, создавать катехизические школы, разъяснять людям пагубность лжеучений, помогать тем, кто временно оступился, поддавшись пропаганде сектантских проповедников. Однако противостояние ложным взглядам не должно сопровождаться нетерпимым отношением к самим носителям несовместимых с христианством учений. Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, ...не сообщайтесь с ним, но не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата" (2 Фес. 3: 14–15). Мы призываем всех членов Церкви молиться о просвещении одержимых ложными учениями и твердо хранить переданное нам, "отвращаясь негодного пустословия и прекословии лжеименного знания" (1 Тим. 6: 20)».

– Каждая секта опасна по-своему. Но, к примеру, история с «Аум синрикё» довольно страшная. Есть ли сейчас на территории России секты, которые у Вас вызывают наибольшее опасение?

– Если наблюдать за людьми, которые попадают в секты, то можно сказать, что из оккультных сект люди выходят сложнее. Я уже не говорю о сатанинских сектах. При выходе из баптистских, адвентистских сект человек быстрее адаптируется к церковной жизни. На самом деле Теософское общество, восточные медитативные практики, безобидная с виду йога также могут нанести вред, и после них люди долго восстанавливаются, потому что одной йогой, как правило, все не заканчивается. Однажды ко мне пришла одна девушка и рассказала, что родилась в семье «свидетелей Иеговы» (запрещенная в РФ организация). Когда ей было 12 лет, она поехала в дом отдыха и там познакомилась с баптистами, стала баптисткой, приняла у них крещение. В 15 лет она познакомилась с харизматами, а когда поступила в институт, то начала увлекаться Карлосом Кастанедой. Позже стала последователем учений теософии и рерихов. Когда я спросил, на каком факультете она училась и кем сейчас работает, она ответила, что на психологическом и сейчас работает в школе психологом. Слава Богу, что Господь коснулся ее призывающей благодатью и она дошла до приемной центра реабилитации, прошла реабилитацию и воссоединилась с Церковью через Чин присоединения.

– Да, комментарии излишни… Что заставляет человека обратиться в сторону православия? В какой момент происходит переворот сознания? Должен быть человек, который оказывается рядом и помогает? Понятно, что все происходит по милости Божией и промыслительно, но можете ли Вы выделить ключевой фактор?

– У всех происходит по-разному. Но в большей степени помогает информация о том, что есть такой центр, есть место, где этих людей ждут. Многие говорили, что просто боялись возвращаться в Церковь. Был страх подойти к священнику и сказать, что ты в секте и хочешь вернуться. Также люди говорили, что боялись, что их передадут правоохранительным органам, потому что слышали, что церковные православные организации судятся с сектантами. А когда люди получали информацию о том, что их возвращения ждут, это способствовало их выходу из секты.

Когда люди узнавали, что их возвращения ждут, это способствовало их выходу из секты

У нас сейчас во всех викариатствах есть ответственные по первичному приему людей, оказавшихся в секте. Когда у людей родные или близкие или они сами попадают в какую-то секту, то они могут в определенный день обратиться за помощью к такому ответственному на приходе. Снова повторю, когда человек узнавал через СМИ или от кого-то, что его ждут и что он небезразличен Церкви, то это становилось для него основным мотивом, как они сами свидетельствуют об этом, чтобы вернуться к Матери-Церкви.

– Мне кажется, что человек должен понимать, что он находится в секте. Попадая в ту или иную деструктивную организацию, он, скорее всего, считает себя человеком, попавшим в хорошую компанию, где ему помогают расти духовно. И осознать, что ты находишься слишком далеко от того пути, на котором должен стоять, очень трудно. Это как с алкоголизмом – далеко не каждый алкоголик признает, что у него есть проблемы.

– Поэтому не все люди выходят из сект. Когда наступает кризисный момент, приходят родители и говорят, что их дочь или сын попали в секту. Если это произошло недавно или очень давно, то помочь будет проще. А если человек находится там года 2–3, то розовые очки у него еще не спали и он видит только идеальных людей.

Что делать родителям, дети которых попали в секту? В центре реабилитации выработана методика, которая проверена многолетней практикой. Во-первых, родителям надо прекратить все споры на религиозную тему с детьми. Родители и родственники чаще всего сами невоцерковленные, а если и воцерковлены, то незнакомы с сектантским заблуждениями, поэтому их аргументы часто не приносят нужного результата, а, наоборот, подливают масло в огонь. В итоге ребенок уходит из дома, отношения разрываются, и для миссионера-специалиста, желающего помочь, задача усложняется. Нужно прекратить все споры и сохранить нормальные отношения, тем самым в дальнейшем обеспечить доступ специалисту для общения с отпавшим. Иначе, где его потом искать на просторах нашей Родины? Миссионеру-специалисту необходима встреча с заблудшим. Также родителю еще нужно уметь правильно пригласить на первую встречу. Обычно приглашают так: «Пойдем, сектант несчастный, я в храме нашла такого религиоведа! Он все секты знает и в два счета тебя уделает». И кто пойдет после такого приглашения? Кому захочется, чтобы его уделали?

Я советую родственникам приглашать так: «Я был в православном храме и встретил миссионера, который читает Библию и интересуется вашим направлением». Здесь не будет никакой манипуляции, но зато вы откроете много нового. Попавший в секту ведь думает, что православные Библию не читают и православных миссионеров нет, потому что ему так сказали в секте, а они, оказывается, есть, и Библию читают, и еще хотят с ним встретиться. Ему будет интересно поспорить и доказать, что мы, православные, неправильно понимаем тексты Священного Писания. И это будет мотивом согласиться на встречу. Бывает, что родитель приходит на следующий прием и говорит, что ребенок отказывается идти. В таком случае я предлагаю прийти к ним домой и на это в основном соглашаются, потому что дома он будет на своей территории и будет чувствовать себя уверенно. Я сам или мои помощники идем на такую встречу.

Предположим, встреча состоялась. Или он пришел, или вы пришли. Но если мы видим, что человек не готов слушать, встречу надо сразу остановить. Не надо ставить задачу переспорить заблудшего. У Церкви очень много аргументов и есть целая методика, чтобы обличить лжеучения сектантов. Любой нормальный миссионер владеет этой методикой, но в данной ситуации, если мы видим проявления антагонизма и нежелание слушать, разговор нужно остановить.

Если мы видим проявления антагонизма и нежелание слушать, разговор нужно остановить

Нужно поинтересоваться у попавшего в секту, спросил ли он разрешение у пастора на эту встречу. Обычно никогда не спрашивают. Тогда нужно сказать, что вы хотели бы встретиться с пастором. Такая встреча очень важна. Ведь для этого человека из секты пастор – это царь, и бог, и истина в последней инстанции. Если вы даете свой номер телефона, то, как правило, неопротестантские пасторы звонят и такая встреча происходит. Обычно родственники тоже хотят поприсутствовать, и это не возбраняется.

При встрече с пастором в присутствии адепта надо предложить тему встречи. Например, почему Церковь одна или где критерий правильного понимания библейских текстов. В ходе беседы и полемики пастор где-то запнется, где-то согласится, где-то пожмет плечами, и таким образом мы постепенно разбиваем этого идола в сердце человека, который попал в секту. Он слышит ваши четкие аргументы, видит, что вы знаете Библию, вопреки тому, что ему говорили в секте. У адепта возникает сомнение и утрачивается вера в то, что пастор знает всё. Это хорошо посеянное семя. У меня было множество таких историй.

Например, ко мне приходила одна мама, оба сына которой попали в секту. Я много раз приходил к ним домой, беседовал, мы встречались на разных площадках. Понадобилось около 10 лет, чтобы ее сыновья все же вышли из секты. Или еще одна история девушки, которая попала под влияние «Свидетелей Иеговы» (запрещенная в РФ организация). Ко мне пришла ее мама, рассказала, что дочь закончила Гнесинку, обладает оперным голосом и вот собирается уже чуть ли не принять их веру. Я пригласил их на встречу. Я начал с того, что показал нашу воскресную школу, библиотеку и дал девушке толкование Священного Писания, датированное 1870 годом. Она обратила внимание на дату и сказала, что эта дата ей знакома, потому что это дата возникновения организации, в которую она собирается вступить, а у нас в этом году уже было издано вот такое толкование Библии.

В ходе полемики девушка сказала, что плохо знает Писание, но сейчас позвонит их старейшине Севе, у которого есть ответы на все вопросы. Когда она рассказывала Севе, что сейчас общается со мной и что встретила в православии миссионера, знающего Библию, то ожидала такого же восторга и от него. Но чем больше она рассказывала Севе обо мне, о греческих текстах и текстах на иврите, лежащих у нас на столе для сравнения с их переводом «Нового мира», тем больше угасал ее оптимизм. Я предложил Севе приехать, но девушка ответила, что старейшина сейчас приехать не может, лечит зубы, и вообще он считает, что такие встречи не очень полезны. Она была разочарована, потому что думала, что эти люди открытые и честные, но увидела их закрытость и трусость. А потом через несколько дней, перед Рождеством, мы созвонились с ее мамой, и она благодарила меня, а я – Бога, что ее дочь в итоге избавилась от влияния сектантов и на Рождество они собираются в православный храм. И таких историй много.

В другой семье, в которую я приходил, сын учился на втором курсе университета, но собирался бросать, потому что попал под влияние неоязычества. Когда он был маленьким, его приводили в православный храм, он приобщался Святых Христовых Таин, но в воскресную школу его не водили и в православной вере никак не наставляли. Когда я пришел к ним домой, то увидел, что на том месте, где был уголок с иконами, сейчас стоят свароги, перуны и прочие деревяшки неоязыческих божков. Юноша сказал мне, что это боги его рода и он им молится. Дальше у нас началось общение, и я видел, что он не очень идет на контакт, отвечает уклончиво, опускает глаза, уходит в себя. После встречи, покрепче помолившись, я начал думать, что же делать в этой ситуации. Я обратил внимание, что эта семья живет небогато, и молодой человек сам мне сказал, что подрабатывает и что у него хорошая скорость набора текста. И тогда я вспомнил, что на Фадеевских курсах в начале 2000-х читал курс лекций по Ветхому Завету и у меня были рукописные конспекты лекций на книгу Бытия.

Книга Бытия ведь основополагающая, особенно первые главы. Здесь и о Боге Творце, и о происхождении и преодолении зла, и о происхождении национальностей и языков, о возникновении языческих религий после вавилонского рассеяния. И мне пришла мысль попросить этого молодого человека перепечатать мои конспекты. Я позвонил его родителям, и они очень обрадовались моему предложению. Затем я позвонил ему самому, предложил оплату, и он согласился. У нас началась работа. Почерк у меня не очень разборчивый, и он звонил мне по несколько раз в день за разъяснениями. Мне пришлось рассказывать не только о том, что там написано. Через несколько месяцев его родители сказали мне, что ничего пока не меняется, правда, в капище их сын ездить перестал. Потом он увидел меня на «Спасе» в программе «Завет». И вот спустя год он захотел со мной встретиться еще раз. Совершенно разные люди, совершенно разные истории.

– Когда ты идешь к неадекватным людям, нужно иметь силу и мужество и уповать на защиту Господа. Я восхищена Вашими знаниями, потому что переспорить людей, которые считают, что все знают и легко ориентируются в Священном Писании, очень сложно. Не боитесь ли Вы? Я так понимаю, что в Вашей школе нельзя учиться на тройки. Если ты идешь на встречу с такими людьми, то у тебя должно все от зубов отскакивать.

– Было бы ошибкой считать, что у православного миссионера есть задача переспорить. Наша задача – свидетельствовать. Господь Иисус Христос поручил Церкви Своей: «Идите, научите все народы» (Мф. 28: 19), в книге Деяний апостолов сказано, что даже до края земли (Деян. 1: 8). Конечно, мы не должны делать дело Божие с небрежением и спустя рукава. Мы должны приложить все усилия, но мы не ставим перед собой задачу переспорить человека.

У православного миссионера нет задачи переспорить. Наша задача – свидетельствовать

Если говорить о «библейских» сектантах, которые изучают Библию и понимают ее неправильно, нужно показать, что в Русской Православной Церкви с ее традициями есть двухтысячелетний опыт прочтения Священного Писания. Библия – это книга Церкви. В истории Церкви мы найдем множество различных сект, желавших исказить и истолковать библейские тексты по-своему. Это и гностики, и манихеи, и более позднее западное христианство, и протестанты. Когда, например, Мартин Лютер, католический монах, возглавивший движение протестантизма в Европе, начал переводить текст Священного Писания, то книга апостола Иакова не подходила к его концепции. Концепция Лютера заключалась в тезисе «оправдание только верой». Он говорил, что никакие дела не нужны, нужно только верить, что Христос умер и воскрес и мы все спасены. В общем, в какой-то мере это была естественная реакция на католическую ересь пелагианства – оправдание делами и учение о сверхзаслугах. Но Лютер впадает в другую крайность – оправдание только верой. И вот, когда он начал переводить Новый Завет, он встретился с Посланием апостола Иакова, где написано, что «вера без дела мертва» (Иак. 2: 17). Это не подходило под его концепцию оправдания только верой, и он заявил, что послание Иакова «соломенное», что оно апокриф и недостойно быть в каноне Библии. Он выдирает целое послание из канона. Точно так же поступают и более поздние неопротестанты. По сути, так называемые современные переводы Библии сектантами – это редакция библейских текстов под концепции лжеверия.

Приведу лишь один пример такого перевода, хотя можно привести десятки, – перевод Института Библии Заокской адвентистской семинарии. Им не нравится слово «предание», и они подкорректировали тексты, которые не подходили под их концепцию. Почему им не нравятся тексты о Святом Предании в Библии? «Стойте, братья, и держитесь предания, которым вы научены, или словом, или посланием нашим» (2 Фес. 2: 15) и другие. Потому что Святое Предание есть Дух Святой, живущий в Церкви через апостольскую преемственность с дней Пятидесятницы. Выдающийся русский богослов Владимир Лосский пишет, что Дух Святой дает возможность воспринимать Христа в присущем Ему свете, а не в естественном сознании рационалистических рассуждении и человеческих предположений. И так делают очень многие переводчики Библии, подгоняя тексты под свое узкоконфессиональное понятие. Если посмотреть переводы баптистов, то они вместо слова «предание» пишут слова «учение» или «истина», хотя это совсем другие слова на греческом языке. Причем там, где Иисус Христос осуждает человеческое предание (см. Мк. 7: 8), они переводят дословно, а где говориться об апостольском Предании (1 Кор. 1: 2; 2 Фес. 3: 6), там совершается подмена. Это не ошибка. Это преднамеренное лукавство. При этом они говорят, что придерживаются правильного толкования Священного Писания, буквального понимания Библии, обвиняя Церковь в том, что она искажает его. Они не настолько смелые, как Мартин Лютер, чтобы убрать целое Послание, но многие тексты редактируют под свои концепции.

– Как правило, люди, уходящие в секты, не получили той любви и внимания, которые должны были получить на приходе. Получается, если есть воскресная школа, кружки, совместные паломнические поездки и прочее, тогда у человека становится намного меньше шансов попасть на неправильный путь?

– В некоторой мере да, но в большей степени речь идет не о том, что недодали внимания. Священники на больших приходах, где много прихожан, не всем могут уделить должное внимание, хотя это очень важно. Но у нас есть такая, я бы сказал, дурная тенденция, что люди противопоставляют простоту христианства догматическому богословию. Они считают, что догматика – это для богословов, а простота любви – это что-то отдельное. Хочу напомнить, что Символ веры – это тоже догматика, но без этого исповедания мы перестаем быть православными. Перед Причастием мы слышим слова: «Да единомыслием исповемы». Очень важно, чтобы на каждом православном приходе было изучение Священного Писания в святоотеческом истолковании. Хочу повторить, что люди, вышедшие из сект, говорят и пишут мне в процессе церковной реабилитации, что если бы они только знали всю стройность и красоту православного исповедания веры, то ни в какие секты не пошли бы. И оккультисты, и неопротестанты улавливают именно неутвержденных в православном исповедании веры.

Важно, чтобы на каждом приходе было изучение Священного Писания в святоотеческом истолковании

– От невежества, как Вы ранее сказали, люди попадаются в силки сект.

– Да. Сейчас стало очень модно говорить об одиночестве. Православный человек не может быть одиноким, потому что он с Богом. Когда я хочу говорить с Богом, я молюсь, а когда я хочу, чтобы Бог говорил со мной, я читаю Священное Писание. Хотя Библия – это книга Церкви, но у нас на приходах есть проблема, что люди плохо читают Священное Писание. К радости, таких приходов становится все меньше и меньше. Очень важно изучать Священное Писание в святоотеческой традиции. Это такое богатство, и это приносит столько радости! Я недавно был на Сахалине на молодежном форуме, и один молодой человек подошел после моих бесед и сказал, что он некрещеный и хотел бы креститься. Его зовут Марк, и я посоветовал ему прочесть Евангелие от Марка за вечер. Он согласился, и когда он его прочитал, видели бы вы его лицо! Он сказал, что думал, что ничего не поймет в этой книге, а там насколько все понятно, и это настолько было для него удивительно! Он ходил в полном восторге и не хотел выпускать Евангелие из рук. Пройдя огласительные беседы, он был крещен в море.

Диавол прилагает все усилия, чтобы человек не начал ходить в храм, читать Евангелие, святоотеческую литературу, приобщаться Святых Христовых Таин. Но стоит только попробовать. Как сказано в 33-м псалме пророка Божия и царя Давида: «Вкусите и увидите, как благ Господь».

Снова повторю, изучение Священного Писания – это настоящая радость. Это еще один из источников благодати, который освящает человека. Если люди пренебрегают чтением Священного Писания, отцов Церкви и не посещали воскресную школу, то им будет трудно утвердиться в вере. Спаситель призывает: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне» (Ин. 5: 39). И апостол Павел пишет: «Вникай в себя и в учение; занимайся сим постоянно: ибо, так поступая, и себя спасешь, и слушающих тебя» (1 Тим. 4 :16). Потому-то природа Церкви не протестовать и не искать истину. Истина нас уже нашла своим Богочеловечеством в воплощении Сына Божия Иисуса Христа. Природа Церкви – утверждать человека в исповедании веры. Сказано, что Церковь – дом Бога Живого, «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3: 15).

Это будет лучшее противоядие от сектантских заблуждений и отпадения от Церкви в сектантские сообщества.

monastery.ru