115

Вся русская литература – это так или иначе поиски Бога. Читая и при этом чувствуя и понимая ее, мы можем спастись и утешиться.

В жизни каждого человека бывает период скорбей, и тогда каждый пытается на что-то опереться, найти какие-то точки опоры. Для верующего человека они очевидны: Бог, Таинства, молитва. Но только святой человек может сказать, что он получает утешение в скорби лично от Господа через молитву. И мы, наверное, не пришли еще в такую меру. Человеку часто бывает нужно в утешение простое человеческое слово, нужно, чтобы его выслушали. Конечно же, большим утешение для человека может быть книга: начиная от Евангелия, Псалтири, духовной литературы и заканчивая произведениями наших великих классиков. В рамках проекта «Говорим» Духовно-просветительского центра Сретенского монастыря о роли книги в жизни человека рассуждает настоятель храма-часовни святых праведных Иоакима и Анны в городе Ровеньки, построенного в честь и память погибших шахтеров, писатель, интернет-миссионер, обладатель Патриаршей премии «Золотой Витязь», автор таких книг, как «Батюшкин грех и другие рассказы», «Господь управит», «Отец Стефан и иже с ним», протоиерей Александр Авдюгин.

Именно книга привела меня к православию. Мои родители – светские люди, но они благосклонно относились к вере, к православию. Отец невольно пододвигал ко мне книги русских писателей, классиков, любил на эти темы беседовать, сам много читал, он всю жизнь работал инженером-строителем. Именно книга стала началом моего пути в православие, а затем – и в священство. Так уж Господь управил, что сначала была книга, потом встреча со старшим священником в Ростовском кафедральном соборе. Затем у меня был период довольно серьезный и скорбный в личной жизни. Тогда я не мог себя найти, успокоиться, а жил в то время в Ростове. Я очень любил донских писателей. Может быть, потому, что я сам с Дона. Прочитав книгу Анатолия Калинина «Цыган», я решил прочитать Михаила Шолохова. И я успокоил себя, хотя в этих двух книгах ничего нет о Церкви, о молитве, но почему-то эти книги заставили меня пойти в храм.

Светская литература, классика современного периода и Церковь соединились. Это невозможно охарактеризовать, возможно лишь, когда мы будем Там. Рассказать о чувстве также невозможно, только если передать действием. Это соединение происходит, когда мирская литература с историческим подтекстом заставляет тебя задумываться о Боге и о вечности. Но только настоящая книга способна на такое. Не бульварная литература, а то, что читалось, читается и будет читаться в будущем. Вся наша русская классика построена, прежде всего, на исповедании веры. В библейской Песне песней ни разу не упоминается Бог, но мы понимаем, что это святая книга. Если переживания хорошего писателя входят в симфонию с твоим характером, с твоим пониманием, то ты обязательно придешь к Богу.

Если переживания хорошего писателя сходятся с твоим пониманием, обязательно придешь к Богу

Наша литература «золотого» и «серебряного века» – это так или иначе богоискательство. Даже когда русский писатель ссорится с Богом или отрицает Его бытие, все равно он входит в некие отношения с Господом. Этот писатель даже, может быть, себя позиционирует атеистом, но он выводит нас на это поле богоискательства.

У Николая Лескова, например, были сложные отношения с официальной Церковью, учитывая его увлечение старообрядчеством, самостоятельное понимание многих вещей. Если разобрать его основные книги, то трудно их называть канонически выдержанными православными книгами. В книге «Соборяне» главный герой – священник – канонически неправильный. Но все равно после этого произведения тебе нужно в храм пойти. Только нужно читать эту литературу не в антураже музыки, интернета или телевизора. Классика читается в тишине.

Как говорил Борис Пастернак: «Я вышел на поиски Бога, и поиски продолжаются всю жизнь». Можно зайти не на ту дорожку, это очень просто. В конце концов, кто лучше, чем Ф. М. Достоевский, разбирался в духовных исканиях человеческой души? А если бы он не играл и вел бы аскетичную жизнь, не знаю, насколько он смог бы тогда понять и рассказать то, о чем он писал. Откуда бы взялся Алеша Карамазов? Поиски человеком Бога действительно продолжаются всю жизнь. Некоторые думают, что выйдут на пенсию, постареют и начнут ходить в Церковь, молиться. Не будут! Все равно искушений будет еще больше, а сил уже меньше. По этой же тропинке пошел, по всей видимости, и Лесков. Но разве мы знаем, какие мысли у него были на смертном одре? Мы также не знаем, какова была встреча с Господом у того же А. С. Пушкина. Когда от него вышел священник, то сказал, что никогда не слышал такой искренней исповеди. Хотя и Александр Сергеевич, и Михаил Юрьевич Лермонтов – оба были люди с грехами.

Когда наступает Великий пост, я всем говорю читать «Мертвые души» Николая Васильевича Гоголя. Там каждый герой – это концентрация всех наших грехов. Становишься православным – читай классическую литературу. Начинать надо с самого простого – с детских стихов К. И. Чуковского. И постепенно прибавлять. Нужно перечитать школьную программу.

Становишься православным – читай классическую литературу

Мне отец Владимир Вигилянский посоветовал перечитать «Войну и мир», я так и сделал. И знаете, я всё воспринял по-другому: все отношения, которые есть в этой книге, все характеры, все события… Поэтому классику нужно перечитывать. И в каждый период твоей жизни она будет читаться по-разному.

Когда мне было плохо и тяжело, мне попалась «Судьба человека» Михаила Александровича Шолохова. Что перетерпел его главный герой – это просто удивительно. И вдруг он находит утешение в мальчишке, который к нему прибился. Суть в том, что сколько бы над тобой ни издевались, какие бы скорби у тебя ни были, но вот рядом ребенок – и ты становишься человеком, возвращаешься не обозленным на кого-то. Интересна та книга, в которой ты сопереживаешь героям, насколько это касается твоей души. Так же и с фильмами. Мы ведь многогранные люди, и граней у нас много. И когда эти грани сходятся, ты понимаешь – мое. В этом отношении классика помогает больше всего.

Что касается современной литературы, то со мной, может быть, многие не согласятся, но я считаю, что «Лавра» Евгения Водолазкина нужно прочесть каждому православному человеку. Хотя многие говорят, что там есть определенные сомнительные сцены, но эти же сцены бывают и в нашей жизни. Они не влекут к греху, а просто рассказывают, как может быть. От них не идет посыл идти и сделать точно так же, как, например, в некоторых произведениях современных авторов, где грех сотворивший и о нем рассказавший заставил человека этот грех повторить.

Слава Богу, появились пишущие священники, которые умеют писать, притом художественную прозу. Олеся Николаева мне нравится, и не потому, что я с ней дружу. У нее есть роман «Меценат», такой объемный фолиант о становлении нашего православия после периода перестройки. Там описаны все искушения, которые были связаны с Апокалипсисом, предсказаниями о последнем дне, лжестарцах. У нее это описано в художественной прозе с немного детективным сюжетом. Это можно читать, и это интересно.

Что касается западной литературы, то мы ее знаем по переводам. Некоторые западные интеллектуалы учат русский язык, чтобы прочитать подлинного Достоевского. Мы не учим язык, чтобы прочитать подлинного Шекспира, или не учим немецкий, чтобы прочитать Ремарка или Томаса Манна. Кто-то из донбасских священников сказал мне, что все военные события, которые происходят сейчас, уже были описаны у Ремарка. Меня удивило, что независимо от вероисповедания человеческие переживания, связанные с трудностями, страданиями и потерями, во многом совпадают. Война – это не только смерть от пуль. Это не только взрывы. Это постоянная напряженность. Нельзя быть на войне и не бояться. Никогда не верьте тем, кто говорит, что не боится. Все боятся и будут бояться. Но одни бросят автомат и будут кричать «Мамочка!», а другие будут понимать, что потенциальное зло можно победить только усилием. Это и в западной литературе тоже есть. После этого я как-то по-другому начал оценивать Габриэля Гарсия Маркеса, его «Сто лет одиночества», «Полковнику никто не пишет». Там тоже сплошное страдание. Я стараюсь эту литературу преломить к нашей действительности. Эти произведения тоже нужно читать, но на первом месте должна быть наша родная русская литература. Это необходимо для интеллектуального развития. Это помогает преодолеть страдания на нашем жизненном пути, которые всегда будут возникать.

Западные произведения тоже нужно читать, но на первом месте должна быть наша литература

Я не знаю, как заставить человека читать. Берешь новую книгу, открываешь, чувствуешь, как она пахнет, и ставишь перед собой цель начать ее читать. Я абсолютно уверен, что, если человек внимательно, четко, с чувством, толком и расстановкой прочтет «Братьев Карамазовых», ему потом обязательно захочется прочитать «Бесов», «Преступление и наказание» и другие произведения. Человек втягивается. Но нужно читать именно вдумчиво, не под телевизор. Еще часто возникает вопрос, можно ли пользоваться электронной книгой. Конечно же, можно, я сам пользуюсь. Но все-таки лучше бумажная книга.

Протоиерей Александр Авдюгин

monastery.ru