149

Как правильно и грамотно исповедоваться, как не перепутать свободу со вседозволенностью, почувствовать в себе волю Божию, научиться по-христиански относиться к ближним и откуда черпать духовные силы и веру.

Наша исповедь не должна превращаться в обычный разговор со священником, это честное осознание и признание своих грехов в надежде с помощью Божией с ними справиться. Для духовных бесед в нашем монастыре каждое воскресенье после поздней Литургии проводятся Пастырские встречи. О том, что такое правильная исповедь, как к ней готовиться, и о многих других вопросах на этой встрече говорил иеромонах Никон (Париманчук).   

– Как правильно и грамотно исповедоваться?

– Вы знаете, как согрешили, и в этом нужно исповедаться, не унывать, если тот же грех повторяется тысячи раз каждый день. Это тяжелая и повседневная работа христианина – следовать заповедям Христовым. Она незаметна, она невидима, о ней редко говорится. Исповедание есть следование Христовым заповедям. Устная исповедь может быть не всегда совершенна. Если что-то человек забыл, то для этого нам в вечерних молитвах в конце дается повседневное исповедание грехов, в котором можно и прибавить все, что мы сделали за день. Что-то мы вспомним, что-то не вспомним, кто-то записывает свою исповедь, поэтому грамотно. То есть не стоит унывать по поводу своего явного несовершенства, впадать в отчаяние и лениться исповедовать то же самое, как бы ни были эти грехи ужасны даже.

Повторю вам известные слова, сказанные Иоанном Лествичником: «Не ужасайся, если ты и тысячу раз впадаешь в один и тот же грех. Ангел Хранитель, пекущийся о тебе, почтит твой труд, и когда нужно будет, Господь избавит тебя от этой твоей страсти или покаяния. И главное – не впадать в уныние, не опускать руки, а продолжать работать и каяться».

– Имеет ли значение на исповеди в каком времени назвать грех? Я делала или делаю?

– Прекрасно было бы, если бы мы говорили, что было осуждение, гнев, обида, но, к сожалению, они не оставляют нас. Как грамматическая форма изложения этого не имеет никакого значения, потому что сама страсть еще в нас живет. Можно говорить: «Гневаюсь, раздражаюсь, не терплю, осуждаю, увлекаюсь осуждением, теряю контроль над собой, не имею мира с ближними или дальними. При воспоминании о каком-то человеке сразу все вскипает. Не воздержан в еде, как увижу что-то съестное, сразу тормоза исчезают, сразу насыщаюсь». Но будем бороться и не унывать.

– Что лучше заказать об усопших сродниках с нераскаянными грехами? Псалтирь или сорокоуст?

– Во-первых, мы не можем знать, каково было покаяние человека в последний миг его жизни. Мы не знаем последний вздох человеческой души за все содеянное. Разбойник нам пример – первый, кто вошел в рай. И если бы не святые евангелисты, Духом Святым написавшие это, мы бы так и думали, что разбойник на то и разбойник, а праведник на то и праведник. А оказывается, разбойник стал праведником и подал нам пример, во-первых, самим не отчаиваться, видя свои злодеяния, а во-вторых, не спешить осуждать даже явных грешников.

Что закажете, то и закажете. Лучше всего своя, хоть и не самая витиеватая молитва, какая бывает в конце утреннего правила. Или краткая: «Упокой, Господи, души усопших рабов Твоих. Прости им всякая согрешения вольная или невольная и даруй им Царствие Небесное. Аминь». Или есть помянник. Молитесь. Мы же должны молиться. Молитва – это наша последняя милость, милостыня, которую мы можем оказать нашим ближним. А также милость для себя, мы упражняемся в милосердии, молимся о наших ближних. В метро стоя, сидя, во время еды можем вспомнить и помолиться умом. Псалтирь можно, сорокоуст. Некоторые говорят, есть традиция в трех монастырях заказать, кто-то в семи монастырях заказывает. Закажите где-то, в каком-то монастыре, храме, на проскомидию подайте и сами молитесь, особенно во время Литургии, когда после пения задостойника священник поминает усопших, в том числе и вы в это время тоже поминайте своих родных.

Молитва – это наша последняя милость, которую мы можем оказать нашим ближним

– Как восстановить потерянное целомудрие?

– Целомудрие – это здравомыслие, по Писанию. Апостол Павел просил старцев быть мудрыми, а юношей целомудренными – здравомыслящими. Здравомыслие никогда восстановить не поздно. Вспомнив, что ходить этим путем было неправильно, надо идти другими путями. Это есть цельный взгляд на предметы и явления. Нужно всегда думать, какие будут от этого последствия, полезно ли это для нашей души, не является ли этот плод запретным, греховным, хотя и выглядит красиво, как то злополучное яблоко на древе познания добра и зла.

– Нам постоянно говорят, что Бог дал нам свободу, но разве мы свободны? Мы выбираем свою судьбу, а разве пророков Он не по Своей воле выбирал?

– Вы знаете, мы так исказили свой образ, что мы уже даже не понимаем, что такое свобода, а что такое несвобода. Нам дана свобода быть детьми, чадами Божиими, а мы становимся чадами непослушания и греха. Свобода – это не значит вседозволенность, свобода – это свободное, добровольное следование тому добру, о котором мы получили представление. А оно может быть для нас тяжело, но мы понимаем, что это и есть то добро, которое потом дает нам свободу в самом главном – свободу от греха и свободу обращаться к Богу с чистой совестью в своих просьбах и молитвах. И уже не сомневаться: услышит или не услышит, даст Он или не даст, а полагаясь только на волю Божию. А мы свободу понимаем как вседозволенность, отсутствие какого-либо контроля над нами, полное отсутствие тормозов. Нам Бог дал свободу внутреннюю, свободу от греха, а не социальную или гражданскую. Нам дана духовная свобода, а мы ей не пользуемся, мы сомневаемся даже в самых простых вещах. За всех молиться или не за всех? Нам дана свобода через прощение нашего ближнего, а мы простить не можем и скованы этими обидами, сомнениями, и поэтому Бог не может нам дать большего, дать Своей благодати, мы заняты мелочными счетами с нашим ближним. Нам прощаются тысячи, а мы из-за копеек судимся с ближними. Достижение личной христианской свободы очень тяжело.

Свобода – это не вседозволенность, а добровольное следование тому добру, о котором мы получили представление

– Как понять, где слабость, а где смирение?

– Наверное, глядя на распятие, где Господь находится на Кресте, можно спросить: «Где слабость, а где смирение?» Все зависит от того, с какой мыслью и с какими, условно говоря, молитвами мы совершаем эти поступки. Или предаем себя воле Божией, говоря: «Господи, да будет воля Твоя», или проявляем уступки. Воспитание детей, например, слабость или смирение? Строгость иногда требуется, но строгость не видимая, а строгость прежде всего к себе, потому что дети, как и мы все, научились слушать, но пропускать это мимо ушей. На них больше действует наш личный пример.

Наша личная степень молитвенного общения с Богом, благочестия, веры может быть мерилом того определения, что мы сейчас проявляем: слабость какую-то или смирение по отношению к греху, по отношению к ближнему, по отношению даже к недругам каким-то своим. Что это? Это нравственные и очень сложные вопросы. И все христианство не совсем вписывается в картину современной мирской жизни со страстями, более того, оно противоречит. И многими христианство воспринимается просто как своего рода облегченный моральный кодекс, правило духовного этикета, духовной вежливости, а не правило борьбы с грехом, потому что грех господствует, процветает в обществе, культивируется, на грехе делаются деньги, грех становится прибылью. Как смиряться? Как противостоять? Только мера нашего христианского усердия и благочестия является таким пробным камнем. Это мера нашей верности христианскому закону, Божественному закону, который определяет, насколько мы смиренны или не смиренны. Слабость это или смирение? Ответить грубостью или промолчать? Уступить или настоять на своем? Видеть последствия от своих поступков. Это не многим дано.

– С точки зрения православия вдохновение – это что такое? Это какое-то духовное свойство?

– Само слово вдохновение по смыслу своему означает, что в человека вселяется какой-то дух. Этот образ мы больше понимаем как поэтический, муза какая-то слетает. А. С. Пушкин пишет: «Приходит вдохновение ко мне, беру перо и бумагу…»

Что же касается нас, христиан, такого объяснения самого слова «вдохновение» в христианских православных традиционных терминах я не встречал, но это извечный вопрос, который мы задаем себе: «Есть ли на это воля Божия или нет?» Воля Божия проявляется всегда в обстоятельствах нашей жизни. Иное дело, что обстоятельства нашей жизни могут быть благоприятными и неблагоприятными, потому что воля Божия бывает благая, а бывает по попущению, когда приходят какие-то скорби как вразумление нам, наказание, но не как проклятие. Это самое главное – да будет воля Твоя. Это означает, что не сама придет воля Божия, как погодное явление, а она должна быть в нас, чтобы мы научились ее совершать. Это, знаете, в каком постоянном сосредоточении и в каком постоянном внимании должен быть человек!

Воля Божия бывает благая, а бывает по попущению, и она должна быть в нас, чтобы мы научились ее совершать
Мы, христиане, должны постоянно бодрствовать, находиться на посту, как часовые, и понимать, что есть добро, а что есть зло, должны понимать, что это за напасть. Требуется очень большое внимание, очищение души от страстей, ума от помыслов, чтобы мы могли в хаосе этого постороннего шума услышать действительно волю Божию.

Это только немногим подвижникам удается. Хотя бы волю Божию, в основном мы все знаем. Она нас обличает, если мы ее нарушаем.

– Как спастись, если опытных духовных отцов все меньше и меньше? Где черпать силу и веру?

– В Евангелии. Во-первых, надо понять, что нам необходимо это спасение. Если бы мы понимали свое бедственное духовное состояние, мы бы тогда действительно ценили именование Господа «Спасителем». Не Податель благ, не Податель каких-то земных щедрот, не Податель здоровья и ума, а именно Спаситель. Спаситель от духовной смерти и гибели, от отдаления от благочестия заповедей Божиих. Только Евангелие. Другого источника знаний у нас нет. Если бы мы начали исполнять хотя бы какие-то начальные заповеди Христовы, то постепенно бы нам входила благодать. Что же здесь сложного: как хотите, чтобы с вами поступали, так и вы поступайте с ближним; каким судом судите, таким судом и судится вам (см.: Мф. 7: 12). Если уж не можем не судить ближних, не можем сразу прекратить этот навык, то тогда хотя бы выслушаем эти слова.

Каким судом судим? Судом жестоким, быстрым, немилостивым. Если уж не можем молчать, так скажем: «Мы не знаем всего, в каких обстоятельствах был человек». Это кажется очень сложным и скучным чтением, но это не увеселительная прогулка, это не какие-то романы там приключенческие или легкомысленные фильмы. Это труд своего духовного спасения.

Как есть люди, способные к математическим наукам, имеющие медицинские дарования, так и есть люди, имеющие дарования духовные: дар молитвы, дар какого-то учительства, духовного в том числе.

По мере оскудения самих духовных отцов, которые были, так сказать, живыми учителями, при всеобщей грамотности, которую мы имеем, нам дана возможность читать Евангелие. Но мы же не читаем его, мы только спрашиваем о нем и говорим. Если бы мы хоть раз в неделю читали бы его добровольно, не то, что читается в храме, а то, что читали бы сами, и разбирали, и вникали бы, как вникаем в какие-то инструкции, тексты, когда нам нужно что-то понять… Но мы не читаем Евангелие – Основную Книгу. Мы спрашиваем и ничего не впитываем.

Апостол писал о нас, что всегда учащиеся и никогда не могущие ничему научиться (см.: 2 Тим. 3: 7). Облака бесплодные, бездождевые. Вот и все. Если бы мы только начали читать, то у нас бы, по крайней мере, началось это осознание.

Не стоит гоняться за духовно опытными отцами. Надо будет, Господь вам пошлет соседку или соседа, который подскажет: «Так делай, а так не делай. А это неправильно» или «Вот у меня был случай…» А так будем бегать, а окажется, что у нас все было рядом.

– Когда тебя в чем-то обвиняют, но ты знаешь, что в этом не виноват. Человеку надо это объяснить или лучше промолчать, смириться?

– По своему опыту я понял, что если разговор тяжел и хочешь, чтобы общение с человеком побыстрее закончилось, то нужно промолчать, разговор будет в два раза короче. А то ты слово, и он слово – и уже больше. Ни меня не переубедит никто, ни вас, а мир потеряем. А потом, часто так бывает, успокоившись чуть-чуть, начинаешь перебирать сказанное и вспоминаешь, что ведь было в этом наставлении полезное. Нет ничего случайного, ничто не случается без воли Божией. Во всем есть свой смысл, свое значение, свой урок, свое наставление. И встреча с каким-то злым или добрым человеком, с убогим или, наоборот, с каким-то начальником. Это урок для нашего отношения с людьми, умение поступать с ними милосердно, терпеливо. Терпение – это есть наша милость, не спорить, не раздражать человека. Наша беда, что мы не умеем общаться с ближним, то есть выслушивать его. Выслушав человека, мы как-то помогаем ему. Он высказался, может, с гневом, но он сказал и облегчил душу. Уже хоть кому-то легче стало. А мы, как христиане, должны это потерпеть. Просто само звание «христианин православный» растворяется в наших других ипостасях: работник, добытчик каких-то средств к существованию, собеседник с кем-то в различных обстоятельствах нашей жизни, пассажир в общественном транспорте, пешеход, который пытается кого-то обогнать, покупатель, продавец. Но при этом мы все должны оставаться христианами, помнить основополагающие заповеди Христовы общения с ближними. А то, как мы общаемся с ближним, влияет и на то, как с нами общается Господь. Он не может подступить к нам, не знает, как Ему сказать Свою волю, когда мы увлечены полностью своей правотой и своей волей.

Наша беда, что не умеем общаться с человеком, следует же помнить основополагающие заповеди Христовы общения с ближними

– Что можете посоветовать читать из Ветхого Завета?

– Мне очень нравятся исторические книги. В них очень много мудрости: Притчи Соломона, Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова. Все книги в Ветхом Завете очень интересны. От Книги Бытия до Третьей книги Маккавейской перед вами – судьба огромного народа, связанного общим родством: от Адама, Авраама через пророков, царей до Маккавеев. Сложная, трагическая, но единая судьба. Библия – это не только книги веры, нравоучений, но это еще и действительно очень высокое литературное произведение. Однако некоторые книги, особенно Премудрости, очень афористичны, их легко читать. Читаешь-читаешь, прочитываешь несколько раз, а кажется, что опять ничего не запомнил. Можно сказать, это то чтение, которое не надоедает.

– Господь посылает нам болезни как испытания. При этом мы можем лечиться, и это не грех. А вот как быть с тем, что называется ЗОЖ (здоровый образ жизни)? Есть люди, которые на этом, что называется, помешались. Где пределы нормы с точки зрения православия?

– С точки зрения православия норма – это здравый смысл. Как говорил апостол Иоанн, заботу о теле не превращайте в похоть (см.: Рим. 13: 14), то есть всему есть предел и здравый смысл. Мы знаем, что болезни посылаются, конечно, для вразумления, очищения от каких-то страстей. Но в основном болезнь – это результат нашего духовного и телесного несовершенства, последствие грехопадения. И вы помните слова Господни, сказанные Адаму, а в его лице и Еве, и всему роду человеческому: «Яко земля еси и в землю отыдеши» (Быт. 3: 19). И сколько бы мы ни заботились о здоровье своем, сколько бы ни пеклись, сколько бы ни сгоняли пылинки, рано или поздно приходит срок, предел естественным человеческим силам и естественным человеческим возможностям. Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет (Пс. 89: 10), до 100 доживают, но в основном это естественный предел, положенный Творцом человеческому существованию. Мы можем этот предел искусственно укоротить, ведя нездоровый образ жизни, злоупотребляя алкоголем, едой, ведя малоподвижный образ жизни. Можно образ жизни вести более подвижный, энергичный. Можно поклоны класть, можно спортом заниматься, поддерживать физические или духовные силы. Вот это основное. А попытки сделать человека бессмертным бесполезны.

Болезнь – это результат нашего духовного и телесного несовершенства, последствие грехопадения

– Скажите, пожалуйста, что такое молитва запрещения?

– Это молитвы против нечистых духов. Подобные читает любой священник во время таинства Крещения, даже еще оглашения, когда запрещает нечистым духам, обитающим в некрещеном человеке от рождения и являющимся результатом грехопадения. Обычно чин запрещения, или отчитки, совершают опытно духовные старцы. Нам лучше этим не заниматься.

– По каким критериям можно понять, что девушка подойдет тебе как будущая жена?

– Сложно мне это говорить как монаху, потому что образ мыслей моих направлен совсем в другую сторону. В фильме «Угрюм-река» мне понравились слова, которые говорит Анфиса: «Невесту или жениха человек выбирает, а мужа или жену Бог дает». Все зависит не просто от выбора, но и от дальнейших взаимоотношений между новоиспеченными супругами. Готовы ли они меняться, уступая в чем-то, узнавая характер своего спутника жизни? Что это он любит, это не любит, к этому спокойно относится, на этот пустяк реагирует очень болезненно. В этом и есть образ как семейной, так и христианской монашеской жизни. Мы все в общежительном монастыре привыкаем к особенностям братии, смиряемся перед ними, перед их характерами. И другой человек тоже понимает это и постепенно меняется. Если есть взаимное желание уступать друг другу, помогать друг другу в этом, тогда это действительно будут супруги, то есть пара, сопряженная в единое целое. И будет действительно так: «Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут двое одна плоть» (Быт. 2: 24). Это, конечно, идеал, который, к сожалению, редко встречается. Но многие действительно искренне работают на пути поиска взаимных уступок, компромиссов ради христианской любви к ближнему своему, видя не просто в нем какого-то там человека, а мужа или жену, перед которым или которой у него особые ответственности, тем более если еще будут дети. Но и молиться надо: «Господи, вразуми».

– Как Церковь относится к астрологии и нумерологии?

– Никак. Как к астрологии относиться? Это попытка получить какие-то знания иным путем. Конечно, планеты влияют, но они влияют на движение других планет как материальной массы. Суетная вера, вера в обычаи, в приметы. А Господь говорил иудеям, что знаки различать погодные умеете, если с вечера красное небо, то с утра будет ветрено (см.: Мф. 16: 2), а добро от зла различить не можете. Погрязли в страстях житейских, в чревоугодии, в жадности, в тщеславии, в сребролюбии. А мы еще пытаемся через какую-то астрологию и нумерологию познать истину, когда она лежит перед нами. Господь – Истина.

– Можно ли на их основе принимать решения?

– Нам в этом отношении и дана свобода. Нас никто насильно по рукам не будет бить. Просто какие последствия будут из этого? Какие же мы тогда христиане? Кто-то говорил, что сбывается, а преподобный Амвросий Оптинский говорил: «Ты не верь, и сбываться не будет».

И в гороскопы верят – такие вот пережитки нашего греховного естества человеческого. Попытка найти какую-то другую опору, более, как нам кажется, видимую, хотя мы ее совсем не видим. И значимую, хотя она, конечно, ничего в жизни не значит. И люди на полном серьезе уверяют. Как к этому относиться? Ученый бы вам сказал, что это лженаука. Я, как православный священник, сказал бы, что это суеверие – суетна наша вера, если мы полагаем ее только на свою добродетель, на свои молитвы, а не основываем ее на воле Божией.

Иеромонах Никон (Париманчук)

monastery.ru